Увлекательную историю о семье бывшего крупного партийного руководителя рассказал один из ведущих современных русских драматургов Юрий Поляков, пьесы которого и инсценировки прозы широко ставятся в театрах России, СНГ и на зарубежных сценах. Не обошёл вниманием его творчество и Крымский академический русский драматический театр имени М. Горького.

Премьера спектакля по пьесе «Золото партии», получившего название «Рублёвка, 38 БИС», стала третьей по произведениям популярного автора. Крымские зрители по достоинству оценили спектакли «Левая грудь Афродиты» и «Жить, как боги», поэтому премьерный показ новой постановки прошёл на аншлагах.

Юрий Поляков, оставив важные дела в Москве — председателя редакционной коллегии «Литературной газеты», председателя Общественного совета при Министерстве культуры, — приехал в Симферополь на премьеру.

Автор пьесы Юрий Поляков на премьере спектакля «Рублёвка, 38 БИС»

Нельзя не заметить, что пьесу начал ставить незадолго до своего ухода из жизни художественный руководитель театра Анатолий Григорьевич Новиков. Но успел провести лишь несколько репетиций. Довести дело до конца в память о бессменном руководителе коллектива на протяжении последних сорока лет решился народный артист Украины, лауреат премии РК Виктор Навроцкий, которого крымская публика знает не только как блестящего актёра, но и как успешного самобытного режиссёра, постановки которого пользуются неизменным успехом. Употребила слово «решился», потому что всегда трудно продолжать начатое не тобой. К тому же надо было сделать это в короткий срок — к началу нового сезона. Подстёгивало то, что в это время готовились к сдаче спектакля «Золото партии» в МХТ имени Максима Горького. Крымчане увидели спектакль раньше москвичей.

Конечно, главное не то, что работаем в унисон с одним из ведущих театров страны, а то, что наш театр — среди немногочисленных отважно берущихся за пьесы современных драматургов, не желая ходить по вытоптанным классиками тропам при всём уважении к мэтрам и сохранении в репертуаре спектаклей по их произведениям. Наш театр не мог пройти мимо пьес Юрия Полякова — лидера среди литераторов, имеющих острый социальный взгляд и умеющих воспроизводить нынешнюю действительность без обиняков. Присущий ему юмор ничуть не ослабляет предельной прямоты и выразительности, колоритности персонажей. Скорее, наоборот: через кажущуюся лёгкость стиля и слога, залихватски ироничных диалогов обнажаются самые неприглядные стороны самоуверенных, напористых «хозяев жизни» и тех, кто либо уже утратил свои позиции, либо ищет обходные пути на эти мнимые высоты.

Пьеса «Золото партии», как слоёный пирог, вместила в себя многие пласты современной жизни. И они вскрываются слой за слоем, неожиданно и для зрителя непредсказуемо. Именно эта особенность привлекательна и не только даёт пищу для размышлений, но и подсказывает новые сценические ходы, делающие театральную условность союзником в том, чтобы выстроенный автором на бумаге сюжет захватил зрителя безоговорочно, сделав его не соглядатаем, а соучастником происходящего.

Перед зрителями разворачивается сатирическая семейная комедия. Престарелого главу семейства, сданного сыном-банкиром на попечение в дом ветеранов партии, неожиданно возвращают в особняк на Рублёвке, нанимают ему в сиделки молодую, красивую, образованную украинскую дивчину Оксану Сметанку (Елена Сорокина), вынужденную перебраться в столицу России, чтобы выжить. Причина возвращения старика банальна: разорившийся банкир, названный папенькой, истым коммунистом, в честь Маркса и Ленина Марленом, решил поправить свои дела продажей квартиры отца. Споры и пререкания старшего Барабаша с младшим перемежаются ухаживаниями за сиделкой.

И старичка, решившего облагодетельствовать её, взяв в жёны, и сынка — ловеласа со стажем.

Второстепенные персонажи играют каждый свою «скрипку» в слаженной «оркестровой партии», созданной в соавторстве драматургом и режиссёром. Это внучка Барабаша-старшего (Валерий Юрченко) Маша (Валентина Шляхова), готовящаяся стать матерью ребёнка от по-юношески азартного борца с режимом по кличке «Чегеваров» (Андрей Пензин). Четвёртая жена Марлена (Дмитрий Кундрюцкий) «мисс Тамбов» (Кристина Овчаренко), несмотря на беременность, крутит амуры с охранником-водителем (Дмитрий Ерёменко). Полиглот Турусов (Александр Денисенко) — переводчик плохо говорящего по-русски сына Марлена от второго брака, которого мы не видим, слышим только доносящийся со второго этажа особняка голос, выводящий тирольские мелодии. Экстравагантный вкладчик банка, эксперт Фонда помощи злоупотребляющим художникам Жан Жакович Пумпянский (Виктор Навроцкий). Коллектор по особо важным долгам Иван Перезверев (Андрей Шарыпов), майор Волковец (Александр Чернышёв). Безымянный, как и положено спецназовцу, (Андрей Чаквитая). Сантехнику (Владимир Меньшиков) имя ни к чему — появляется он лишь на мгновение, чтобы неожиданно для себя получить то самое «золото партии», которое в виде векселей много лет хранилось у Барабаша-старшего рядом с партбилетом. Самому Петру Лукичу богатство, много лет пролежавшее в швейцарском банке, уже ни к чему: потомков своих считает недостойными наследниками, а сиделке достаточно квартиры, которую отписал по доброте душевной (большим же искушать ни к чему: она и так простенькую косу уже в корону превратила). И он решил: пусть попользуется пролетарий, призванный убирать отходы жизнедеятельности семейства, просочившиеся через неисправный унитаз.

Сцена из спектакля «Рублёвка, 38 БИС»

Особняком стоит ещё один персонаж — сын Марлена от первого брака Василий (Антон Навроцкий), который по следам ни деда, ни отца не пошёл, а подался в священники. В родной дом приехал на шикарной машине, поэтому его приняли за бандита, явившегося банкиру за долги пулю в лоб пустить. От испуга папенька чуть родного сына не пристрелил — вовремя тот на пол грохнулся. Когда все опомнились, а батюшка рясу отряхнул, начался очень интересный разговор о Боге, вере, делах небесных и земных. Батюшка, как и дед его, хоть и не коммунист, и опыта такого жизненного не имеет, зато и находчивостью, и юмором в предка пошёл. Речь вразумляющую держит — заслушаешься. Молодой артист раскрылся в этой роли, проявив давно ожидаемую от него раскованность, лёгкость, естественность. Он не играет, а живёт в образе. Заложенный природой потенциал развернулся и показал перспективу дальнейшего совершенствования как ему самому, так, думаю, и работающим с артистом режиссёрам.

Вообще молодёжь оказалась под стать мэтрам — Валерию Юрченко, Виктору Навроцкому, блестяще справившемуся и с режиссурой, и с ролью, а также уверенно занимающему позиции ведущего артиста Дмитрию Кундрюцкому. Игра впечатляет ансамблевостью, возможной только при совершенстве режиссуры и готовности актёров к второстепенным ролям, как к главным, — не подыгрывать, а полноценно жить на сцене.

А ещё — отсутствием штампов в передаче чувств, характеров, действий. До самой последней сцены сохраняется темпоритм, передающийся залу, который проживает вместе с персонажами короткий, но важный отрезок их жизни.
— Я рад, что акценты сделаны именно на самой важной части моего замысла, которая, как оказалось, близка и театру, — признался зрителям вышедший на сцену после спектакля Юрий Поляков. — Удивительно точно выбраны исполнители. Реакция зала, отсутствие в нём людей, равнодушно наблюдающих за происходящим, подтвердило мой вывод, что спектакль удался. Как обычному зрителю мне важно, трогает ли история, смешно ли. Мне спектакль понравился. Обязательно ещё раз посмотрю, когда он «настоится».
Спектакль и впрямь, как хорошее вино, — оставляет или не оставляет приятное после­вкусие. Этот оставил: зрители покидали зал не с пустыми глазами. От души посмеявшись, наверняка задумались над жизненными коллизиями современного общества, над непредсказуемостью крутых поворотов людских судеб. Иначе и быть не может, когда речь идёт о спектакле по пьесе, близкой основной теме, разрабатываемой Крымским академическим русским театром на протяжении, пожалуй, всех сорока лет, когда им руководил Анатолий Новиков: взаимоотношениям в семье как основе общественной жизни. Отрадно, что традиция продолжается. Что театр противостоит мелкотемью, постмодернистским изыскам, пошлятине и откровенной чернухе, находя талантливых авторов, кои не перевелись в нашем Отечестве.

И кои, болея за него, высвечивают и высмеивают не абстрактных, а вполне реальных носителей пороков неумеренности и жажды наживы, «достопочтенных граждан» — агрессивных бездумных прожектёров, которых высмеял три века назад Джонатан Свифт, назвав это «сословие» коротким «еху».

Людмила ОБУХОВСКАЯ.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here